vspvsp (vspvsp) wrote in potsreotizm_new,
vspvsp
vspvsp
potsreotizm_new

Categories:

Новинки антипатриотического кино: "Достать ножи"

«Достать ножи»… и перерезать горло Америке призывает успешный детективный блокбастер с «Джеймсом Бондом» и «Капитаном Америкой» в главных ролях

На российских и мировых экранах не без успеха идёт фильм «Достать ножи». Фильм обошёлся создателям по американским меркам недорого — 40 миллионов долларов, а потому уже дважды себя окупил, собрав 135 миллионов, и это явно не предел.

По внешности перед нами — классический добротный детектив в духе Агаты Кристи: готичное поместье, загадочно умирающий глава семьи, куча жадных наследников, у каждого из которых в шкафу по скелету, ну и эксцентричный сыщик Эркюль Пуаро (которого теперь зовут Бенуа Бланк, и его играет Дэниел Крейг, на сей раз сумевший перевоплотиться из Бонда), который обязательно распутает это дело. Фоном ко всему этому служит огромная инсталляция из десятков ножей, напоминающая Железный Трон, которая, как и положено чеховскому ружью, обязательно выстрелит в финале.

По сути же, «Достать ножи» — очередная антитрамповская агитка, из десятков снятых за последние годы в Голливуде, отличающаяся, однако, тем, что снята задорно, с юмором, иронией, не в стиле, копирующем тупейшие образцы советского агитпропа, а потому действительно успешная.



Итак, перед нами история успешного американского писателя-детективщика Харлана Тромби, который живёт с налипшей на нём и отчаянно ждущей наследства семьёй, и к которому приходит регулярная сиделка — молодая латиноамериканка Марта, которая делает ему уколы (в том числе морфия), играет с ним в го и… ничего такого больше нет, не подумайте, никакой тарантиновской «Пискли» с Ранчо Спана.

Однажды после вечера, когда Харлан всем членам семьи говорит что-то неприятное и решает отпустить их в «свободное плавание» без наследственных капиталов, Марта, делая ему уколы, обнаруживает страшную ошибку — она ввела ему огромную дозу из пузырька, на котором написано «морфий». Через 10 минут писатель умрёт, скорая не успеет. Всё, что он смог сделать, проявив фантазию детективщика, это объяснить Марте, как скрыть следы своей ошибки (ведь если её арестуют, выяснится, что её мать нелегально находится в стране), после чего Харлан эффектно перерезает себе горло одним из ножей.

Ситуация усложняется тем, что после оглашения завещания становится ясно: Харлан завещал нищей медсестре-мигрантке абсолютно всё — капиталы, права на книги, поместье, — оставив детей и внуков абсолютно ни с чем… Если будет доказана причастность Марты, то она ничего не унаследует. Но нет, великий сыщик выводит истинного убийцу на чистую воду, невиновность мигрантки доказана. В последнем кадре она торжествующе выходит на балкон «своего» дома с кружкой, на которой написано «Мой дом, мои правила, мой кофе» и смотрит на обескровленную семью Тромби, вынужденную покинуть здание.

Сравним с топорным пафосом абсолютно провалившегося в прокате «Мексикатора». Здесь, вместо формальной агитпроповской отработки темы, лошадиная доза яда подана весьма искусно.

Старая Америка должна умереть — сама своими руками перерезать себе горло, оставив всё добродетельным мигрантам-латиноамериканцам, которые колют ей наркотики и «ошибаются с дозой» (тот же мотив передозировки не так давно был в ожесточённо антимексиканском «Рэмбо»). Любые попытки эту старую Америку и своё наследственное право отстоять — это цинизм и преступление.

Вычислить настоящего преступника в фильме оказывается на удивление просто. Достаточно вместо «детективной» логики применить строгий расово-гендерно-классовый анализ. Кто у нас тут самый маскулинно-токсичный-белый-цисгендерный мужчина с правильным лицом и мужественным взглядом? Ну конечно же, убийца он! Тем более что это его мы видели в роли Капитана Америки, то есть носителя «олдскульного» американского идеала. Ну в самом деле, кто ещё может оказаться подлым убийцей, кроме воплощения мускулистой и звёздно-полосатой Америки? И пусть технически дедушка Тромби зарезал себя сам (как потом выясняется — по глупости), то подстроил это всё гендерно-расистский маскулинист.

Достаётся в ленте и другим типам американского общества. Члены семьи увлечённо спорят о Трампе, красных бейсболках «Сделаем Америку снова великой», легальности мигрантов… Они так и не могут запомнить, из какой конкретно латиноамериканской страны приехала Марта, называя каждый раз новую.

У сына-издателя Уолта его сын Джейкоб, внук Тромби, оказывается «правым фашистским троллем», не вылезающим из смартфона. Перед нами милый мальчик, которого мы, однако, должны априори считать мерзавцем за его политическую позицию и за то, что он якобы «травит беженцев в соцсетях». Другая сторона семьи — Джони, вдова умершего сына Тромби, либералка, фэшн-блогер и инстаграм-инфлюэнсер, дочь которой, толстушка Мэг, учится в университете чему-то очень гендерно-феминистскому. Джони приворовывает на деньгах, которые писатель перечислял на учёбу внучки, однако Мэг — единственная, кто хорошо относится к девушке-мигрантке, а значит, с её учебой, скорее всего, будет всё неплохо.

Вроде бы высмеяны и «правая», и «левая» части американского социального спектра. Но при этом «правой» достаются все тумаки, хотя на протяжении всего фильма её представители не делают ничего собственно плохого (писатель решает лишить наследства сына-издателя за то, что тот уговаривает его продать права на экранизации). Напротив, показанным предельно омерзительно «левым» по большому счёту ничего не будет.

Ну и, наконец, с предельной враждебностью показаны старшие из наследников писателя: дочь Линда, самостоятельный успешный бизнесмен (поднявшаяся на кредит, данный папашей), её скользкий и неверный муж Ричард и их сын — циничный плейбой Хью Рэнсом (даже имя говорящее — «выкуп», «платёж»). Они воплощают самое отвратительное, что только есть на свете для создателей «Достать ножи»: претензии коренных белых американцев на своё наследие и наследство.

Идея наследственной концентрации капиталов как врага благополучия, прогресса и социального процветания особенно пышно расцвела у западных левых в последнее десятилетие. Главным идеологом борьбы с «новой концентрацией капиталов» стал французский левый экономист Тома Пикетти, в книге «Капитал в ХХI веке» выдвинувший тезис, что всё сравнительное экономическое равенство и благополучие людей в ХХ веке связано было с последствиями двух мировых войн, революций и депрессий, который разбили старые наследственные капиталы, «примагничивавшие» к себе почти весь доход.

В тезисах Пикетти, вероятно, есть доля правды (характерно, что те же процессы, что и на Западе, прослеживались в те же годы в СССР, где основной формой накопления собственности стали квартиры, в которых завёлся «мещанский» быт рязановских комедий). Однако видеть выход в «чёрном переделе», когда наследование крупных состояний будет облагаться огромными налогами, вряд ли возможно. Прежде всего потому, что передел получается действительно «чёрным». На одного дедушку англосакса «с сошкой» в любой стране Запада приходится семеро мигрантов «с ложкой». Причём как бы ни прославляла толерантная пропаганда трудолюбие этих мигрантов (мол, Марта, будучи прекрасной медсестрой, даже при том, что этикетки пузырьков были перепутаны, всё равно сделала уколы правильно, неосознанно ориентируясь на разницу в цвете жидкости, а потому дедушка мог бы не умирать), на деле к одному трудящемуся прилагается большая арабская, турецкая, мексиканская, африканская семья, которая не работает, и все это отлично знают. Восстановление полноценного социального государства на современном Западе или у нас невозможно именно из-за миграционной открытости системы — там, где станет лучше, тут же скопятся миллионы нахлебников.

Выход, который предлагают Трамп, идеологи Brexit, правые партии Европы, консервативные силы России, — увеличить степень закрытости общества. Признать, что право на «наследование» имеют люди одной культуры, одной традиции, одной идентичности, руками предков которых и выстроено это богатое общество (а раз общество богатое, и мигранты туда тянутся, то значит, и культура его не так уж плоха).

Но разграбление западного наследства, которое предлагают леваки в пользу всех желающих шести миллиардов, никого не обогатит. Напротив, разрушит те структуры, которые позволяют миру двигать прогресс дальше. Невозможно будет обзавестись айфоном в мире, где некому придумывать айфоны.

Смотря «Достать ножи», признаться, испытываешь приступы ненависти и отвращения к той густой пропаганде, которая льётся с экрана в детективной обёртке. И не оставляет надежда, что, может быть, столь толстый троллинг — это так хитроумно сделанная трамповская пропаганда, рассчитанная на естественный гнев человека, которого лишают своего дома. Неслучайно путаница пузырьков в ленте получается двойной.

Нет ли тут намёка: за понятным смыслом фильма есть ещё один, возвращающий правильное положение вещей? Но надежда слабая, скорее всего, никакого тройного дна тут нет. Белым американцам прямым текстом говорят: «Выметайтесь или умрите», и они, судя по кассовому успеху этого фильма, терпеливо проглатывают это послание.

Опять Егорка

Ещё одна рецензия на тему

Фильм "Достать ножи" -- это прямо отвратительная агитка. Егор Холмогоров написал, что это агитка (с робкой надеждой, что вдруг это уже так толсто, что даже тонко, и нет ли там двойного дна...)

Нет там двойного дна. Я думаю об этом фильме ещё хуже, чем Егор Холмогоров. И дальше будет частичный пересказ сюжета, так что - - -

Дело даже не в том, что состоятельная семья "белых американцев" показана как натуральный зверинец, и они всегда готовы предавать друг друга и бесноваться ради наследства.
Ей-богу, это бы ладно, такие семьи бывают, и тут ещё могла бы быть мораль "они сами виноваты, что предают друг друга".

И дело даже (!) не столько в том, что латиноамериканская иммигрантка Марта показана идеальной -- вот буквально: со всех сторон хорошей. Она, кстати, разумеется, тоже белая девушка -- на вид испанка как испанка. Но в фильме очень-очень старательно подчёркивается, что она 1) иммигрантка из Латинской Америки, 2) любит свою семью и не предаёт её (в отличие от - - -), 3) прямо уж такая высокопрофессиональная медсестра (блин, это сказано открытым текстом, на тот случай, если кто-то ещё сомневается), 4) она -- единственный друг богатого, знаменитого, высокоинтеллектуального и благородного покойника, у которого уж такая неудачная семья, вот как ему не повезло.
Ах да: ещё с первых кадров подчёркивается "неевропейскость" начинки особняка: восточные маски, статуэтки, игра в го.

Но даже всё это, хоть и делает фильм явной агиткой, ещё не делает его отвратительной агиткой.
Отвратительным его делает трогательная деталь: по сюжету идеальная Марта (которая получает всё-всё) ещё и как бы органически не способна лгать; её рвёт каждый раз, когда она лжёт (а ей, для развития агитки, "приходится" это делать часто) -- зритель принуждён ей сочувствовать: ах, бедная, ей ведь ПРИХОДИТСЯ солгать, опять, но ей так нехорошо от этого! (Включая кульминацию, когда её рвёт последний раз, -- тут я прямо опускаю завесу стыдливости.)

У меня просто нет слов. С ума сойти. Когда российские кинематографисты придумали Евпатия Коловрата, который отрубался и, проснувшись, ничего не помнил -- это выглядело, как притянутая за уши деталь. Российские кинематографисты -- они просто мальчишки и не знают, как облапошивать зрителя по-крупному.

(Да, знаю, что среди читателей есть те, кто скажет, что зато это качественно сделанная агитка, -- но нет, извините, это без меня, я не способна получать от этого удовольствие.)

Какая-то Шабаева.Т.
Tags: кушайте - не обляпайтесь!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments